?

Log in

No account? Create an account

Предыдущие 10

22 мар, 2009


junayd_dag

Стих про Муху Великого. (Не мой)

Когда в горах нет тигра, царём становиться обезьяна.
(Мао Цзэдун).



Муху Гимбатович Великий –
Наш флагман завтрашнего дня.
Ты обуздал народ свой дикий,
Поставив впереди себя.

Воздвиг «немецкую деревню»
Чтоб жили мы как в Европè
Забыв о дрязгах повседневных
И К.Т.О.шной чехарде.

Маяк могучий для народа,
Второй Аварский Умахан.
Философ больше чем Платон ты,
И от успехов вечно пьян.

Тебя приветствовать мы рады
Ты удивляешь целый Мир.
И без сомненья после смерти
Твоя могила станет пир.

Мы зиарат тебе устроим
Лампадок полон будет он,
И уж конечно, милых сердцу,
Из церкви свечек навезём.

В тебе увидел путь к спасенью
Народ безсловный как Муму.
Недаром замирает сердце
При звуке имени – Муху.

Ты к нам пришел не как Герасим,
Ты, словом тёплым всех согрел.
Даже когда зимой народ наш,
Без отопления сидел.

Лишь ты привёз в наш край так много
Столь долгожданных в нём «гостей».
И словно в веке позапрошлом,
В горах настроил крепостей.

Ты приструнил карабудагов,
Тебе в Бот-лихе всякий - брат.
Ты Унцукульскому району
Послал великий баракат.

И восхваляет твоё имя
Любая мать, в любом селе.
Губденец, ботлихец, гимринец,
Хранит твой нур в своей судьбе.

Злой слух о казни дагестанца,
В далёкой северной земле,
Ты заглушил своим молчаньем,
Как вечный вождь в твоём окне.

Даёшь дорогу молодым ты!
Того глядишь, и может стать,
Что министерством «пионеров»
Весь мир мы сможем удивлять.

Как шейх, летающий по небу,
Ты совершаешь чудеса -
Ведь дети скал, голых от века,
Так полюбили вдруг леса.

Но чудеса не иссякают,
Ты к новым каждый день готов:
- «Да будет в Ирганае летом,
Хороший абрикосный клёв!»

«Народу рва», «людям колодца»,
Ты уподобил Ирганай.
Но, без сомнения, от ДУМДа
Билет получишь прямо в рай.

И пусть создан чрез пень-колоду,
Великий наш - развитья план.
Лишь бы не сорван был великий
План как пополнить свой карман.

Так пусть бормочут интриганы,
Что ты - «наш Зязиков второй».
Мы знаем, при тебе Герои -
Всегда готовые на бой.

За деньги любит кто Россию,
И бесконечен любви час!
И молятся, чтоб новый кризис,
Не дал путанящим капас.

Ступай вперёд по жизни смело -
Оплот всех верных россиян.
Твоё не оскудеет дело,
Ведь мудростью ты осиян.

С тобой пройдём чрез все невзгоды
Всех террористов сокрушим.
И в соответствие с заветом
Сортир наполним от души.

25 дек, 2008


muslim_ru

Сказание очевидца о Шамиле

ГАМЗАТ-БЕК И ЕГО ДЕЙСТВИЯ 

 По смерти Кази-Мухаммеда собрались сподвижники его, мюриды, приближенные, ученые и другие лица, и избрали Гамзат-бека, сына Али-Эскендер-бека Гоцатлинского, имамом. Это было в Гоцатле, 1251 (1834) года, месяца рамазана. Власть его сначала признали только Гоцатль, Ашильта, Гимры, Телетль и Могог. Он был учен и умен; в Дагестане никто не мог соперничать с ним в храбрости, он употреблял все усилия подчинить горцев своей власти и установить правильное управление. Однако прочие дагестанцы не признали его власти и объявили ему войну. С 300 человек Гамзат бросился на Андалал, и после стычки, в которой пало андалалцев 140 человек, подчинил это общество своей власти; оттуда он направился на Цудахар и Акушу, которые после битвы, в которой пало 120 человек с их стороны, подчинились ему. Вслед за ним признали власть его Гидатль, Каранай, Тленсир, Тиндал, Бакалал, Титлан, Хиндалал и Андалал.
  Собрав войска от всех подчиненных обществ, куда ни появлялся он с войском, изъявляли ему свою покорность. Дойдя до Хунзаха, в котором заключилась аварская ханша Паху-бике со своими сыновьями Нуцал-ханом, Умма-ханом и Булачем, Гамзат осадил его. После сражения аварские ученые с согласия ханши, сделали предложение Гамзат-беку заключить мир. Гамзат потребовал выдачи в заложники младшего сына ханши Булач-хана. Не имея никакой надежды на помощь, просимую у казикумухского Аслан-хана, и лишившись войска, ханша принуждена была согласиться на требование Гамзат-бека и вручить ему Булач-хана. По заключению мира, Гамзат-бек приказал представить к нему Нуцал-хана и Умма-хана со всеми учеными и почетными лицами Аварии.
  Зная хитрость и коварство Гамзат-бека и товарища его Шамиля, Паху-бике решилась послать двух сыновей с горстью оставшихся при ней храбрецов, сказав им: «О, герои! не страшитесь, будьте как львы и уповайте на Бога!». Гамзат-бек принял сыновей Паху-бике в своей палатке. После вечерней молитвы и проповеди к народу Гамзат-бек и Шамиль скрылись из лагеря. Тотчас же завязалась перестрелка между хунзахцами, прибывшими с ханами и мюридами. Нуцал-хан и Нур-Мухаммед Аварский были убиты перед палаткой, а Умма-хан в палатке. Хунзахцы, полагая, что Гамзат-бек находился в то время в палатке, испещрили ее меткими выстрелами, как решето. Таким образом погибли в этот день два аварских хана и много почетных лиц и героев Хунзаха, трупы которых были обнажены и оставлены среди лагеря. На другой день Гамзат-бек приказал умертвить старуху Паху-бике, убийство которой воспрещается законами. Гимринец Салихилау ворвался во двор ханши, которая в то время читала коран и, схватив ее за руку, ввел в конюшню, где и отрубил ей голову шашкой. Шамиль, по приказанию Гамзат-бека, ограбил ханский дворец, отправился с Булач-ханом в Гоцатль, где, оставив его, возвратился сам в Гимры. Гамзат-бек поселился в ханском дворце в Хунзахе, а войска распустил по домам.
  Народ, видя несправедливые поступки Гамзат-бека, перестал за него молиться и стал говорить: «Гамзат поплатится жизнью за убийство преклонной ханши». И действительно, спустя несколько времени, Гамзат был изрублен на куски в мечети Османом, братом Хаджи-Мурата и другими за отмщение за убийство ханов. Тогда Авария осталась без хана и начальника, как стадо без пастуха. Что касается до Аслан-хана, у которого ханша Паху-бике просила помощи, то он в то время стоял со всем войском своим на Турчи-Даге, откуда тайно посылал письма Гамзат-беку и ханше, советуя первому истребить всех членов аварского ханского дома, а второй отнюдь не покоряться Гамзат-беку и не принимать от него никаких предложений6, потому что он был чанка7, а она дочь Умма-хана, владетеля Дагестана; и вместе с тем обнадеживал ее, что он скоро прибудет к ней на помощь со всем своим войском.
  Таким образом Аслан-хан склонял Гамзата к такому низкому поступку — погубить аварских ханов в отмщение за ту вражду, которая была между ним и Паху-бике.


muslim_ru

Сказание очевидца о Шамиле

КАЗИ-МУХАММЕД, ЕГО ДЕЙСТВИЯ И СМЕРТЬ 

 В 1244 (1827) году явился в селение Гимры Кази-Мухаммед, сын Исмаила, человек ученый и храбрый. Он действовал на народ своим умом и знанием, не проливал крови мусульман, не грабил их имущества, не прельщался земными благами и не дорожил жизнью; однако же он имел немного последователей, и власть, его простиралась только на некоторые общества. Он почти безуспешно делал набеги на Дербент, Чечню и Назран в продолжении нескольких лет. Народ рассказывает про него многое, но верить этим рассказам трудно, тем более, что я решился писать только то, что сам видел и слышал от людей достоверных. В 1249 (1832) году, барон Розен предпринял экспедицию в Гимры и послал к Кази-Мухаммеду через Казикумухскаго Аслан-хана послов: тифлиского Сосия-бека, нухинского Али-Джан-бека и отца моего — чохского Абдул-Малека, со словесными предложениями и письмами о мире. Кази-Мухаммед, прочитав письма барона Розена, после двухдневных совещаний с находившимся в то время в Гимрах Гамзат-беком, написал в ответ следующее: «что касается до того, чтобы прекратить неприязненные действия и заключить мир, то это дело далекое. Мы только просим у вас пропустить одну тысячу конницы в Мекку. Это будет мир». Барон Розен, прочитавши ответ Кази-Мухаммеда и увидевши его уклончивость, двинулся против него с отрядом из Чечни и осадил его в Гимрах. После упорного сражения, Кази-Мухаммед был убит, а Шамиль, бывший в то время его мюридом5, раненный штыком в левую сторону груди, бежал. Русские, взяв большое число пленных и добычу, возвратились в Шуру, в 1249 (1832) году 3-го раджаба. Тело Кази-Мухаммеда отдано было русскими шамхалу Тарковскому, который предал его земле в сел. Тарках, что близ г. Петровска. Кази-Мухаммед кончил жизнь свою на 75 году. Он не имел детей, кроме одной дочери, которая умерла 10-ти лет.

19 дек, 2008


muslim_ru

Сказание очевидца о Шамиле

О ДАГЕСТАНЕ ВООБЩЕ 

 Дагестан населяют несколько различных племен, поселения которых разбросаны по неприступным местам: ущельям, лесам и горам, по скалистым берегам быстрых рек, теснинам и горным долинам. Горцы дики, как сама природа, окружающая их, и хищны, как звери. Они добывают себе пропитание, тщательно обрабатывая каждый удобный клочок земли по склонам и уступам гор.
  Прежде они исповедывали разные религии и управлялись князем Сурака3, из племени Руссов, столицей которого было аварское селение Танус. Сурака был силен и могуществен. Когда в 200 году гиджры Абу-Муслим из Сирии покорил Дагестан и силою оружия заставил горцев принять мухаммеданскую веру, Дагестан сделался рудником ученых и храбрых. Абу-Муслим, наложив посильную дань на дагестанские племена, поставил в каждом из них хана из своих родственников. В таком положении находился Дагестан долгое время. Поколения и ханы сменялись, а с ними изменялось положение горцев; они начали приходить в упадок; каждый стал предаваться своим страстям и наклонностям, одни сделались разбойниками, другие ворами; стали делать набеги на Гурджистан, Туш и Мосок4; с тем вместе возникли междоусобные брани и родовая вражда племен. По словам стариков, земля Дагестана сделалась смесью крови, драк и раздоров. Эти междоусобия, войны с пограничными странами и, наконец, в последнее время упорная война с русскими при Кази-Мухаммеде, Гамзат-беке и Шамиле не прекращались до сего дня. Теперь же корень войны, беспорядков и смут пресечен могуществом русских.


muslim_ru

Сказание очевидца о Шамиле

ДАГЕСТАНСКИЕ ХАНЫ И ИХ ИЗБРАНИЕ 

Со времен сирийского Абу-Муслим-хана, Дагестан большей частью управлялся потомками его, под именами ханов и беков. Главнейшими из них были ханы аварские, избрание которых было совершенно сходно с избранием русских царей. На троне аварском не восседал никто кроме ханов из рода Сурака, до его пресечения в мужском и женском колене, как это известно и подтверждается сохранившимися рукописями и преданием. Если бы прекратился род аварских ханов, то на престол должен был быть избран хан из русских, грузин или армян, что не могло случиться в других ханствах Дагестана. Избрание прочих дагестанских ханов, как-то: шамхалов, ханов цахурских, казикумухских, мехтулинских и кайтагских, было совершенно иное; потому что титул хана давался иногда не по праву наследия, но тому, кто успевал присвоить его себе силою оружия, чему примеров очень много. Порядок же избрания аварских ханов по наследству в мужском и женском колене был с самого начала до сего времени одинаков, без всякого изменения. 

15 дек, 2008


muslim_ru

Сказание очевидца о Шамиле.

Причина сочинения этой книги

  Я — катиб (писатель) Гаджи-Али, сын Абдул-Малека-Эфенди, житель селения Чох, из племени Нахибаши, общества Андалал Дагестанской области. Родился я в 1234 (1817) году 11 числа месяца рамазана гиджры. В продолжении восьми лет учился я корану. Потом в течение 18-ти лет занимался изучением арабских наук под руководством ученых Дагестана1. Науки, которые я изучал, следующие: грамматика арабского языка, законоведение, хадис (история Мухаммеда), тефсир (толкование корана), сияр (история войн, веденных Мухаммедом), тавхид (наука о единстве Божьем), сулюк или тарикат (наука о благочестии и газавате), аруз (стихосложение) и нуджум (астрономия).

  В 1251 году я изучал под руководством египетского инженера Гаджи-Юсуфа математику и архитектуру, знание которых необходимо каждому военному. Таким образом, я достиг того, что мог отличать полезное от вредного и дурное от хорошего. Истинное желание мое было вступить в службу Русскому Императору, в которой я застал отца моего при графе Паскевиче-Эриванском; в 1226 году и в 1231 он служил при бароне Розене, при котором состоял переводчиком. Судьба однако же привела меня служить Шамилю, и я служил ему усердно и честно.

Причина этому была следующая. Я находился при Елисуйском Даниэль-Султане, а меньший брат мой был при князе Аргутинском. Когда Шамиль явился в Андалал и остановился в селении Чох, то жители пришли к нему и старались оклеветать нас, говоря: «Сыновья Малека-Эфенди бежали к русским, а сам он уже давно находится на их службе2; поэтому его нужно убить или арестовать». Шамиль арестовал его и отправил в селение Ансалты для заключения в темнице, говоря: «Если ты желаешь жить, то призови к себе детей своих; в противном случае, эта темница будет твоим гробом». Потом, когда Шамиль в 1256 (1839) году был разбит русскими под начальством князя Аргутинского при Кюлюлю и Хозреке и отступил из Кази-Кумухского ханства, я с братом возвратился домой в Чох.

Не нашедши старика-отца дома я получил сведение, что он арестован Шамилем и заключен в темницу в селение Ансалты, мы отправились туда. Когда мы пришли в это селение, Шамиль освободил нашего отца из заключения и отпустил его в Чох, а меня с братом оставил при себе. Итак, я должен был поступить на службу к Шамилю и был усерднейшим его слугой. По прошествии семи лет, так сказать, испытания, Шамиль стал ко мне доверчив и поручил заведовать во всех 32-х наибствах постройками укреплений и другими работами. Я был инженером Шамиля, начальником стражи, вел счет его приходу и расходу, числу низама (войска) и иногда исполнял должность казначея и мирзы при нем. Поэтому, я мог вполне следить за его действиями, видеть его распоряжения, знать его переписку, войска, их число, количество орудий и снарядов, его казну, действия наибов и положение народа.

Я никогда не разлучался с Шамилем ни в походах, ни дома, и он, наконец, убедившись в моей преданности, поручил мне следить за поступками и поведением его приближенных и ученых. Я нашел в сердцах этих приближенных и советников только зависть, клевету друг на друга и жадность к приобретению богатств какими бы то ни было способами; вопреки правилам, которых держался сам Шамиль. Следя за их поведением, я узнал людей, державших чистосердечно сторону Шамиля и покорявшихся ему по неволе, людей способных и к управлению Дагестаном и домогавшихся имамства. Ознакомившись с положением всех дел, я убедился в непрочности власти Шамиля, в неизбежном сокрушении его владычества и подпадения всего Дагестана под власть Русского Императора, потому что сподвижники Шамиля и его наибы крайне притесняли народ и нисколько не заботились о справедливости и благосостоянии в подведомственных им населениях. Они только думали о здешней жизни, старались обогатиться за счет народа и напрасно проливали кровь мусульман. Их несправедливость, корыстолюбие и притеснение народа достигли наконец крайних пределов.
 
В книгах сказано: «Государство зависит от благосостояния городов». Еще в другом месте говорится: «Власть с угнетением непродолжительна». Размышляя о последствиях такого управления, я пожелал описать вкратце то, что сам видел с тех пор, как я находился при Шамиле, а также и то, что я слышал от людей достоверных; но не включил сюда народных рассказов и толков, потому что часто они бывают ложны, как я и встречал много книг, наполненных пустыми рассказами, не имеющими никакой основательности.
 
Цель моя при составлении этой книги была — заслужить внимание и благосклонность на будущее время. Начата она в 1264 г. (1847—1849), кончена в 1276 г. (1859—1860 по Р. X.).

 

muslim_ru

Сказание очевидца о Шамиле. Гаджи-Али

Предисловие

ГАДЖИ-АЛИ И ЕГО МЕСТО В ИЗУЧЕНИИ ИСТОРИИ ДВИЖЕНИЯ ГОРЦЕВ ДАГЕСТАНА И ЧЕЧНИ ПОД ВОДИТЕЛЬСТВОМ ШАМИЛЯ

 Освещению истории антифеодальной и антиколониальной борьбы горцев Дагестана и Чечни посвящено множество исследовательских работ, публицистических статей и художественных произведений отечественных и зарубежных авторов. Само собой понятно, что не все эти публикации равнозначны и равноценны. Наряду с большим числом серьезных трудов, написанных известными и авторитетными учеными-кавказцами, среди них встречаются работы, вышедшие из-под пера всякого рода «любителей старины», «завсегдатаев Кавказских вод» не вполне компетентных, но весьма амбициозных.
 
Особо следует подчеркнуть, что работы дворянско-буржуазных историков откровенно тенденциозны. Все они крайне субъективно освещали кавказскую политику самодержавия, горцев же, участников борьбы, они характеризовали не иначе, как «шайками разбойников», «извергами», «изуверами», «бандами необузданных варваров», «полчищами фанатиков» и т.п.

Будучи призваны оправдать военно-колониальную систему самодержавия, историки великодержавно-монархического направления не в состоянии оказались раскрыть глубокие социально-политические причины, вызвавшие движение горцев Северо-Восточного Кавказа в первой половине XIX в. В целом многолетнюю борьбу горцев, которая, говоря словами Ф. Энгельса, «принесла жителям гор наибольшую славу»1, они определяли как борьбу цивилизации с «самым упорным варварством».

Наряду с многочисленными исследовательскими работами были изданы интересные документальные материалы. Несравненно в меньшем количестве, к сожалению, издано материалов местного дагестанского происхождения. Дошедшие до нас актовые материалы, «записи на память» и различного рода переписка предводителей движения и администрации имамата являются бесценными источниками предельной научной значимости.
 
Исключительно важный фактический материал содержат сочинения дагестанских авторов XIX в. на арабском языке. Сочинения Гаджи-Али, Мухаммеда Тахира ал-Карахи, Исхака ал-Урми, Джамалутдина, Абдурахмана и др. На научную значимость и практическую целесообразность издания в переводе на русский язык этих работ давно обратила внимание историческая наука. Выдающиеся ученые-академики В.В. Бартольд, И.Ю. Крачковский, известные кавказоведы Н.И. Покровский, К.В. Сивков, С.К. Бушуев, Г.А. Кокиев, Н.А. Смирнов, А.В. Фадеев и др. высоко ценили арабоязычную историческую литературу Дагестана. Эти произведения, подчеркивал И.Ю. Крачковский, имеют «исключительное значение»2, так как «появились не со стороны, а возникли в той самой среде, которой были посвящены»3. И что особенно необходимо отметить, акад. И.Ю. Крачковский, убежденный в необходимости публикации этих памятников, сам сделал очень многое в подготовке и издании труда Мухаммеда Тахира ал-Карахи. Одним из первых памятников, если не считать газетной публикации «Воспоминаний Абдурахмана», в 1873 г. было издано в «Сборнике сведений о кавказских горцах» (вып. 7) сочинение Гаджи-Али «Сказание очевидца о Шамиле». Высоко оценивая его место среди арабоязычных исторических сочинений XIX в., авторитетный кавказовед проф. Н.И. Покровский не без основания писал: «Три имама» стоят много ниже «Сказания очевидца о Шамиле», так как Гаджи-Али стремится все же определить степень достоверности находящегося в его распоряжении материала»4.
 
Ближайшее знакомство со «Сказанием» показывает, что его автор с 1839 по 1859 гг. находился в рядах борющихся горцев, занимая в имамате высокие должности, был довольно «близким человеком имаму». После подавления движения под водительством Шамиля и образования Дагестанской области некоторое время он служил в управлении Среднего Дагестана. В эти же годы им был написан свой труд «Сказание очевидца о Шамиле». Кажется, этой работой и ограничивается научное наследие нашего автора.

Вчитавшись в публикуемый ниже текст, любознательный читатель убедится в том, что эта работа основана на личных впечатлениях автора, с довольно широким использованием сведений, полученных им из вторых или даже третьих рук.

Исторические взгляды, Гаджи-Али, к сожалению, до сих пор не изучены. В настоящее время определенно можно лишь сказать, что он не был сторонником сына Шамиля Гази-Магомеда, признанного в 1847 г. на андийском съезде наибов, алимов и других представителей администрации имамата наследником Шамиля. Этим, пожалуй, и объясняется то, что наш автор не скупится представить наследника имама в невыгодном для того свете.

Несомненно, и то, что автор «Сказания...» по понятным причинам вынужден был умалчивать об одних событиях и уделять больше внимания другим. Целью написания книги, как признавал сам автор, было «заслужить внимание и благосклонность людей просвещенных, и чтобы она (т. е. книга — В. Г.) послужила некоторым примером на будущее время». Уверенно можно также сказать, что по этой же причине наш автор излишне расшаркивается перед царскими властями и в угоду им награждает своих соотечественников нелестными для них оценками. Как справедливо отмечает переводчик «Сказания» Подхолюзин, Гаджи-Али допускает много неточностей в изложении действий царских войск и не всегда соблюдает истину и бесстрастие при освещении фактов. В «Сказании» имеется и ряд других положений, требующих объяснений и комментариев. Но это дело будущего критического издания текста. Целью же настоящей публикации является удовлетворение потребностей широких читательских кругов и ознакомление с одним из интересных сочинений, историческим памятником XIX в., давно ставшим библиографической редкостью.
 
В. Г. ГАДЖИЕВ, доктор исторических наук

  Литература:
  1 Маркс К., Энгельс Ф. соч — Т. ХII. — с. 119.
  2 Крачковский И.Ю. Избран. соч. — Т. VI. — с. 571, 617.
  3 Там же. — С. 570.
  4 Покровский И.Ю. Обзор источников по истории имамата. — Проблемы источниковедения. — Вып. 2. — М. 036. — С. 225.

 

12 ноя, 2008


muslim_ru

Как большевики обманули шейха Алихаджи Акушинского


До революции Ислам настолько проник во все поры жизни горцев, что все общественные процессы и явления ими рассматривались с позиций шариата. Вот почему большевики в 1919 году избрали в Дагестане тактику блока со всеми левыми мелкобуржуазными силами и некоторой частью лояльного духовенства против контрреволюции. Такими силами в Дагестане была социалистическая группа, партия "Адалят", мусульманское духовенство, возглавляемое шейхом Алихаджи Акушинским, который руководил восстанием горцев против деникинщины

Парламент горского правительства в мае 1919 года был расколот на две группировки: сторонники деникинского вторжения в Дагестан. Антиденикински настроенная часть парламента - шейхуль ислам Алихаджи Акушинский, шейх Узун-Хаджи Салтынский и другие сторонники независи-мости республики были готовы к борьбе против занятия Деникиным Дагестана. 20 мая деникинские конные казачьи отряды вступили в Порт-Петровск и Дербент. 24 мая гене-рал Халилов объявил о роспуске Горского правительства и парламента. ...
 далее

9 ноя, 2008


muslim_ru

Письмо шейха Али Хаджи Акушинского Акибеку Тахо-Годи. 1919 г

До меня дошли слухи, что Вы из тех людей войск наших служащих, которые обмануты Вашим обещаниями, зачислите в красную армию, повязав им руки красными кумачевыми лоскутами.

 

Вы чему служите - Ислам, или же Вы хотите установить учение большевиков? По этому поводу я Вам писал и раньше. Я взял гарантию от большевиков, что они не будут вмешиваться в наши дела. Я написал Казимбеку о том, чтобы он отнимал и бросал большевистские знаки. Ему и другим напишите также и Вы приказа.
 

Али Хаджи Акушинский


4 май, 2008


muslim_ru

Численность населения регионов Северного Кавказа

По сводным данным Госкомстата России, численность постоянного населения регионов Северного Кавказа по итогам Всероссийской переписи населения 2002 года составляет:

· Республика Адыгея - 447,1 тысяч человек;

· Республика Дагестан - 2576,53 тысяч человек;

· Республика Ингушетия - 476,29 тысяч человек;

· Кабардино-Балкарская Республика - 901,49 тысяч человек;

· Карачаево-Черкесская Республика - 439,47 тысяч человек;

· Республика Северная Осетия-Алания - 710,27 тысяч человек;

· Чеченская Республика - 1103,68 тысяч человек;

Общая численность населения Северного Кавказа - 6 645,89 тыс.

Метки:

Предыдущие 10

Март 2009

Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    

Трансляция

RSS Atom
Разработано LiveJournal.com